The Journal of Social Policy Studies https://jsps.hse.ru/ <p style="text-align: justify;"><em><strong>Журнал исследований социальной политики</strong></em>&nbsp; публикует статьи по теории, истории и методологии социальной политики, результаты эмпирических исследований и экспериментов в сфере социальной политики как в России, так и за рубежом, учебно-методические материалы для преподавателей социальной политики как учебной дисциплины; библиографические обзоры и рецензии. К публикации принимаются статьи как на русском, так и на английском языках.<br><br><br></p> <p>&nbsp;</p> НИУ "Высшая школа экономики", Елена Ярская-Смирнова ru-RU The Journal of Social Policy Studies 1727-0634 Сто лет социальной политики https://jsps.hse.ru/article/view/7334 <p>От редакции</p> От редакции *** ##submission.copyrightStatement## 2017-12-24 2017-12-24 15 4 495 496 Сто лет трансформаций социальной политики в России https://jsps.hse.ru/article/view/7294 <p>&nbsp;<em><strong>Ирина Андреевна Григорьева</strong></em> – д. с. н., профессор, СПбГУ, руководитель проекта РНФ, НИУ ИТМО, Санкт-Петербург, Россия. Электронная почта: <em>soc28@yandex.ru</em></p> <p>DOI:&nbsp;10.17323/727-0634-2017-15-4-497-514</p> <p>Невозможно однозначно толковать такой глобальный социально-исторический процесс, как трансформацию социальной политики за последние сто лет, в том числе учесть все аспекты влияния на нее революции 1917 г. Несмотря на уникальность многих решений, а также взаимовлияние и взаимозависимость социальной политики и социалистической революции, провозглашение СССР в качестве передовой страны социальной политики не вполне оправдано. Задача этой статьи – реконструировать некоторые из форм взаимозависимости между индивидами и обществом в советской и постсоветской социальной политике. В тео­ретическом реконструировании необходимо учесть противоречия между целостностью общества и его дифференциацией – делением на социальные группы и регионы, часто имеющие противоречивые интересы. При этом осознанию различий интересов препятствует сохраняющаяся идеология «уравниловки», хотя реальная политика, как в советское время, так и теперь, имеет селективный характер. Кроме того, история вековой социальной политики в России и на Западе подвержена постоянному переосмыслению. С одной стороны, часто принимаются политические решения по снижению роли государства в социальной поддержке. С другой – подчеркивается его приоритет. Анализ исходит из перспективы, предполагающей не только важное значение структурных факторов общественных отношений, но и принципиальную роль людей в социальных трансформациях как субъектов собственной жизни. Историю социальной политики предлагается описать через взаимовлияние двух политических подходов – селективного и универсального. Это значит, что социальная политика может быть адресована либо определенным группам населения (трудящимся, пожилым, детям), либо населению в целом. Но какие именно решения являются при этом либеральными, а какие – социал-демократическими, какое их сочетание оптимально в конкретный момент истории, остается объектом споров.</p> Ирина Андреевна Григорьева ##submission.copyrightStatement## 2017-12-17 2017-12-17 15 4 497 514 10.17323/727-0634-2017-15-4-497-514 У истоков медикализации: основы российской социальной политики в сфере репродуктивного здоровья (1760–1860 гг.) https://jsps.hse.ru/article/view/7297 <p><em><strong>Наталья Львовна Пушкарева</strong></em> – д. и.н., профессор, Институт этнологии и антропологии РАН им. Н. Н. Миклухо-Маклая, Москва, Россия. Электронная почта: <em>pushkarev@mail.ru</em></p> <p><em><strong>Наталья Александровна Мицюк</strong></em> – д. и.н., доцент, Смоленский государственный медицинский университет, Смоленск, Россия. Электронная почта: <em>mitsyuk.natalia@gmail.com</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-515-530</p> <p>Статья посвящена изучению процесса перехода от народного к научному акушерству в России периода позднего Нового времени. Наша цель – проанализировать особенности процесса медикализации деторождения и патологизации родового акта во врачебном дискурсе. Источниками исследования выступила литература по акушерству с 1760-х гг. до середины XIX в. Актуальными явились подходы социальной истории медицины, гендерной истории и феминисткой антропологии, а также методы контент-анализа и дискурсивного анализа. Необходимость в научном осмыслении процесса деторождения в России возникла во второй половине XVIII в., что было связано как с развитием научной медицины в целом, так и с открытием первых учебных заведений по обу­чению повивальному искусству. На пути распространения научного акушерства стояли гендерные стереотипы общества в отношении недопустимости мужчин к осмотру и изучению женского тела. Врачи-акушеры, стремясь обосновать собственный авторитет среди медицинских специальностей и превосходство над носительницами традиционных знаний, писали об особой политической значимости своего дела. Авторитет научного акушерства утверждался за счет развития учения об оперативном акушерстве. Акушерские операции, применение новых технологических инструментов, гинекологические операции становились преимуществами клиницистов. Утверждение социального контроля врачей над сферой деторождения происходило через патологизацию родов. Клиническое пространство превращалось в область экспериментов над женским телом, которое стало рассматриваться в качестве объекта наблюдений, и особых практик со стороны медиков. Роженица из активного участника, субъекта родовой деятельности становилась пассивным объектом врачебных манипуляций. Процесс медикализации женского репродуктивного здоровья выражался и в том, что акушерская наука, включив в себя учение о половом развитии женского организма, взяла под контроль целый жизненный период женщины – от созревания до беременности, родов, послеродового восстановления и женских болезней. К середине XIX в. утвердилась иерархия в деятельности врача-акушера и повитухи. Врачи-акушеры стали контролировать область патологического акушерства, оказывая пособие при «трудных родах». Сформировалась усредненная модель «правильных» и «неправильных родов», любые отклонения от «нормы» стали рассматриваться как повод для врачебного вмешательства.</p> Наталья Львовна Пушкарева Наталья Александровна Мицюк ##submission.copyrightStatement## 2017-12-17 2017-12-17 15 4 515 530 10.17323/727-0634-2017-15-4-515-530 Экспертиза временной нетрудоспособности в СССР и постсоветской России: врачи на службе государства в управлении трудовыми ресурсами https://jsps.hse.ru/article/view/7298 <p><em><strong>Юлия Александровна Крашенинникова</strong></em> – к. и. н., эксперт лаборатории муниципального управления НИУ ВШЭ, Москва, доцент, факультет экономики, менеджмента и бизнес-информатики, Пермь, Россия. Электронная почта: <em>jkrasheninnikova@hse.ru</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-531-546</p> <p>В статье в сравнительно-историческом ключе рассматриваются советская модель и современная организация экспертизы временной нетрудоспособности – одного из самых массовых видов экспертиз, используемых для целей государственного управления в России. В центре внимания три составляющие экспертизы: идеология или господствующее понимание ее задач; особенности организации и регламентации процедур; практики экспертной деятельности. Ключевой вопрос – претерпел ли изменения сложившийся в советское время институт на фоне кардинального изменения отношения государства к труду и занятости. Автор опирается на сравнительный анализ нормативных актов СССР и РФ, регулирующих данную сферу, и содержания советской и современной учебно-методической литературы для врачей. Для определения того, как выписка больничных листков была организована на практике в советское время, использованы архивные материалы ВЦСПС за 1930 – 1980 гг. Оценка современных практик экспертизы основана на материалах 31 полуструктурированного интервью с практикующими врачами, а также с представителями руководства медицинских организаций и контрольных инстанций. Показано, что институт экспертизы временной нетрудоспособности в советское время сложился в первую очередь как инструмент рационального распределения трудовых ресурсов в зависимости от состояния здоровья. В таком виде с задачей экспертизы медицинские учреждения не справлялись, воспринимая ее процедуры и правила формально. Тем не менее процедуры и правила влияли и продолжают влиять на организацию профессиональной врачебной деятельности и лечебного процесса, определяя рутину взаимодействия медицинской организации с пациентом.</p> <p>&nbsp;</p> Юлия Александровна Крашенинникова ##submission.copyrightStatement## 2017-12-17 2017-12-17 15 4 531 546 10.17323/727-0634-2017-15-4-531-546 Национальный индекс качества жизни (благополучия) как инструмент мониторинга эффективности социально-экономической политики в России https://jsps.hse.ru/article/view/7301 <p><em><strong>Ольга Анатольевна Кислицына</strong></em> – д.э.н., зав. сектором проблем измерения качества жизни, Институт экономики РАН, Москва, Россия. Электронная почта: <em>olga.kislitsyna@gmail.com</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-547-558</p> <p>В статье представлена оценка динамики качества жизни россиян за&nbsp;период с&nbsp;2000 по&nbsp;2014 гг. Методология основана на&nbsp;построении методом процентных отношений композитного индекса&nbsp;– интегрального показателя, агрегирующего десять основных аспектов качества жизни (здоровье и&nbsp;здравоохранение, образование и&nbsp;обучение, доходы, жилье, работа, безопасность, семья, культура и&nbsp;отдых, управление, состояние окружающей среды), измеряемых посредством 82 индикаторов, выделенных на&nbsp;основе литературных обобщений. В&nbsp;качестве информационной базы использованы не&nbsp;только объективные статистические данные Росстата, «Трансформационного Mониторинга в&nbsp;целях более эффективного обеспечения социальной справедливости» (TransMonEE), Европейской базы данных «Здоровье для всех» (HFA-DB), но&nbsp;и&nbsp;субъективные: данные специальных обследований (Российский мониторинг экономики и&nbsp;здоровья ВШЭ (РМЭЗ), опросы Левада-Центра. Установлено, что в&nbsp;целом качество жизни в&nbsp;России с&nbsp;2000 г. увеличилось на&nbsp;26.2 %. Выявлены аспекты и&nbsp;индикаторы, повлиявшие на&nbsp;этот процесс, и,&nbsp;напротив, снижающие качество жизни. Из&nbsp;десяти аспектов, формирующих благополучие, улучшение произошло по&nbsp;восьми. Основной вклад в&nbsp;процесс улучшения качества жизни внесли такие аспекты как семья (+70.9 %), доходы (+60.6 %), безопасность (+55.4 %). Хуже всего обстоят дела в&nbsp;сфере окружающей среды (–19.5 %). Из&nbsp;82 индикаторов, составляющих аспекты качества жизни, улучшился 51, а&nbsp;31, соответственно, ухудшился. Больше всего негативных изменений произошло в&nbsp;следующих сферах: состояние окружающей среды (5 из&nbsp;7 индикаторов ухудшились), образование и&nbsp;обучение (8 из&nbsp;12), культура и&nbsp;отдых (3 из&nbsp;6), работа (4 из&nbsp;10). Полученные результаты могут быть использованы для мониторинга эффективности социально-экономической политики в&nbsp;России и&nbsp;выработки мер, направленных на&nbsp;повышение качества жизни россиян.</p> Ольга Анатольевна Кислицына ##submission.copyrightStatement## 2017-12-18 2017-12-18 15 4 547 558 10.17323/727-0634-2017-15-4-547-558 Альтернативы развития социальной защиты населения https://jsps.hse.ru/article/view/7324 <p><strong><em>Татьяна Михайловна Малева&nbsp;</em></strong>– к. э.н., директор Института социального анализа и прогнозирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, Москва, Россия. Электронная почта: <em>maleva-tm@ranepa.ru</em></p> <p><em><strong>Елена Михайловна Авраамова</strong></em> – д. э.н., профессор, заведующая лабораторией Исследований социального развития Института социального анализа и прогнозирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, Москва, Россия. Электронная почта: <em>avraamova-em@ranepa.ru</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-559-572</p> <p>Ситуация экономической рецессии обнажила системные дисфункции развития социальной защиты, главными из которых являются структурные: в результате ошибок включения / исключения из состава получателей мер социальной защиты помощь попадает не только бедным, и социальная защита становится недостаточно эффективной. Растущие масштабы бедности, с одной стороны, и структурные дисфункции системы социальной защиты (ССЗ), с другой, требуют реформирования соцзащиты для ее большей результативности. При консенсусе в отношении необходимости реформирования можно предложить альтернативы развития социальной защиты, анализ которых составляет основной предмет статьи. Первой альтернативой в выборе направлений реформирования является изменение основной учетной единицы: будет это индивид или домохозяйство. Подход с позиций домохозяйства, который представляется более логичным, требует применения методик интегральной оценки благосостояния домохозяйств, но их сегодня существует несколько. Нами представлена методика, учитывающая не только доходы членов домохозяйства, но и показатели, отражающие размер сбережений, жилищные условия и имущественную обеспеченность. В качестве второй альтернативы анализируются подходы на основании нуждаемости, с одной стороны, и с позиций социального исключения (эксклюзии) – с другой. Современная система социальной защиты должна обеспечивать и минимально приемлемый уровень дохода, и доступ к ресурсам для развития: образованию, занятости, медицинским услугам. Показано, что учет эксклюзий в большей степени соответствует адресному принципу социальной защиты. Другой альтернативой развития ССЗ является новое определение ее основного субъекта: это может быть государство или более широкое представительство участников рынка социальных услуг в форме НКО, бизнеса, волонтеров. Ориентация преимущественно на государственные органы как основного поставщика социальных услуг создает дефицит и объективно снижает качество услуг. Переход к адресному принципу, учет социальных эксклюзий, расширение числа поставщиков социальных услуг составляют комплекс мер, имеющих больший потенциал исправления текущих затруднений.</p> Татьяна Михайловна Малева Елена Михайловна Авраамова ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 559 572 10.17323/727-0634-2017-15-4-559-572 Социальные сервисы для пожилых: формальные и неформальные правила и практики https://jsps.hse.ru/article/view/7325 <p><em><strong>Оксана Парфенова</strong></em> – ассоциированный научный сотрудник Центра арктических и сибирских исследований, Социологический институт ФНИСЦ РАН, научный сотрудник НИУ ИТМО, Санкт-Петербург, Россия. Электронная почта: <em>oksana.parfenova@gmail.com</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-573-588<em><br></em></p> <p>Статья посвящена одному из ключевых направлений отечественной социальной политики – социальному обслуживанию пожилых граждан. Крупнейшим агентом в этой сфере со стороны государства являются комплексные центры социального обслуживания населения (КЦСОН). Объектом исследования методом кейс-стади выступает КЦСОН одного из районов Санкт-Петербурга. Я проанализировала как функционирует этот сервис, рассмотрев совокупность связанных с ним формальных и неформальных правил и практик. Забота о пожилом человеке со стороны КЦСОН оформлена в виде набора услуг, которые предоставляются за плату (относительно невысокую на момент проведения исследования). Этот набор услуг во многом одобряется самими клиентами. Со стороны социальных работников существует неформализованное представление о том, что входит в их обязанности, а что нет. При этом, их должностная инструкция базируется на устаревшей версии закона о социальном обслуживании. Таким образом, в ходе исследования выявлено расхождение должностных инструкций и с действующим законодательством, и с реальными практиками. Кроме того, в ходе обслуживания не происходит качественного изменения социального статуса пожилого человека. КЦСОН частично подменяет своей помощью те функции, которые обычно выполняют сами пожилые или их близкие. Такое «делегирование» заботы профессионалам позволяет пожилым людям отчасти компенсировать потерю трудоспособности и физической активности и поддерживать определенный образ жизни. При этом в ряде случаев надомное социальное обслуживание может вписываться в модель «теплой современной заботы», когда функции по уходу за пожилым человеком разделены между институтом (КЦСОН) и семьей.</p> Оксана Парфенова ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 573 588 10.17323/727-0634-2017-15-4-573-588 Жилищная мобильность: направления социологического анализа https://jsps.hse.ru/article/view/7326 <p><em><strong>Елизавета Валерьевна Полухина</strong></em> – к. с. н., доцент факультета социальных наук НИУ ВШЭ, доцент ГАУГН, Москва, Россия. Электронная почта: <em>epolukhina@hse.ru</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-589-602</p> <p>Статья описывает смену индивидом места жительства, т. е. явление жилищной мобильности. Актуализируется идея изучения жилищного опыта, историй смены жилья и тенденций в изменении жилых пространств. Жилищная мобильность рассматривается преимущественно в контексте переездов внутри одного города. Предлагаемый анализ позволяет понять: (а) какие динамические процессы происходят в жизнедеятельности изучаемых групп и территорий; (б) как меняется социальная и физическая структура среды обитания; (в) какими смыслами наполняется это изменение. Оптика рассматриваемого явления помогает увидеть какие социальные группы «преуспевают» в рамках существующего порядка, а какие находятся в стагнации. Такая аналитика является значимой для обнаружения социальных проблем. Поднимаются вопросы о критериях выделения жилищного статуса как иерархической позиции, важности учета многокомпонентной структуры, влияющей на этот статус (значение жилья в структуре доходов, отношения собственности, характеристики основного места жительства). В статье сделан акцент на методических ограничениях изучения жилищной мобильности. Во-первых, показана неоднозначность в определении элементов жилищного статуса, границ в формировании жилищных групп и носителей статуса (семья или индивид). Во-вторых, обозначена проблема в определении генеральной совокупности. В-третьих, обсуждается недоступность наиболее «мобильных» и ресурсных групп, проживающих в «труднодоступных» жилых домах (подъездах с консьержами, например) и редко находящихся дома, что ограничивает опросы по месту жительства и вынуждает комбинировать различные методы сбора данных. В-четвертых, представленные в социологическом арсенале шкалы типов жилья и жилищных условий разобщены и эмпирически не укоренены, так как не учитывают особенностей жилищного фонда и многокомпонентную структуру жилищного статуса россиянина. Адекватным методическим решением является работа с локальными территориями – малыми городами, районами, селами. В статье обозначена важность интеграции качественных методов, изучающих смысл жилищных изменений, и количественных, позволяющих понять их масштаб и динамику трансформаций при изучении жилищной мобильности.</p> Елизавета Валерьевна Полухина ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 589 602 10.17323/727-0634-2017-15-4-589-602 От отчуждения к принадлежности: интеграционная политика, социальная интервенция и ограниченнность к ультурной идеологии https://jsps.hse.ru/article/view/7327 <p><em><strong>Лика Родин</strong></em>&nbsp;– к.с.н, преподаватель социальной психологии, Институт здоровья и обучения Университета г. Скувде, Швеция. Электронная почта: <em>lika.rodin@his.se</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-603-616</p> <p>С отходом политического дискурса в Европейском союзе от идеи мультикультурализма, понятие «гражданской интеграции», часто сопровождаемое языком культурных различий, приобрело популярность в политике и социальных интервенция. Статья обращается к опыту интеграционного проекта «Культурный друг Тибро», инициированного в одном из мунициполитетов Западной Швеции местными властями. Основная идея проекта&nbsp;– свести представителей разных культурных групп (иммигрантов и местных жителей) и способствовать развитию дружеских отношений. Взаимное обучение, обмен и позитивные эмоции особенно подчеркиваются как инструмент преодоления предрассудков и социального разделения. Программа не предъявляет специфических требований к этнический принадлежности участников. Так, местные жители, вовлекающеся в проект, могут иметь не-шведское происхождение. Гораздо важнее их знания шведской культуры и общества. Обе категории участников считаются «культурными друзьями». Организаторы прогаммы помогают участникам подбирать «культурного друга» с учётом пола, семейной ситуации и возможных общих интересов или увлечений. Далее, каждый волен решать развивать ли отношения. Пары также свободны в выборе формата и режима общения. Несмотря на предполагаемый открытый и дружелюбый формат, практики отчуждения обозначились в размышлениях участников о реализации проекта. Исследование выявляет и критически анализирует проявления отчуждения («инаковости») как эффект использования категории культуры в риторике проекта и возможные пути, посредством которых участники могут спонтанно дестабилизировать воздвигнутые культурные границы. Анализируется несколько источников, включая десять полуструктурированных интервью с участниками проекта, переписку с руководителем проекта, проектные документы и рекламные материалы, а также материалы средств массовой информации и социальных медиа.</p> <p><br> <br> </p> Lika Rodin ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 603 616 10.17323/727-0634-2017-15-4-603-616 Гендерная представленность в российских академических журналах https://jsps.hse.ru/article/view/7328 <p><em><strong>Ольга Александровна Красняк</strong></em>&nbsp; — к.и.н., преподаватель, Андервуд Международный колледж Университета Ёнсе, Сеул, Республика Корея. Электронная почта: <em>olga.k@yonsei.ac.kr</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-617-628</p> <p>Участие женщин в науке является важным индикатором гендерного равенства. Начиная с 1950-х гг., становление и развитие науки в Советском Союзе шло рука об руку с возникновением научных институтов и изданием научных журналов. Тем не менее рост количества научных публикаций не был связан с увеличением участия женщин в их производстве. Наука в целом была представлена как сфера активности мужчин. Архивы научных журналов, доступные онлайн и имеющие историю публикаций, явились основным источником данных. Собранные материалы включают статистику следующих журналов: гуманитарные науки представлены журналами «Вопросы истории» (1955-2013) и «Русская литература» (1958-2014); естественные – журналами «Акустическая физика» (1955-1914), «Математические заметки» (1967-2014) и «Биомедицинская химия» (1956-2014). В дополнение взяты данные журнала «Вопросы психологии», доступные за период 1980-1999 гг. Собранный материал показал, что процент научных публикаций, произведенных женщинами в указанные десятилетия, слабо изменился в сторону увеличения. Данные изменения рассмотрены и объяснены в контексте социально-экономических, политических и исторических процессов. Менее всего женщины представлены в математике (7%), физике (11%) и истории (15%). С другой стороны, психология (40%), биохимия (39%) и литература (28%) показывают стабильно высокий процент научных статей, подготовленных женщинами. Объяснение этому феномену предлагается с учетом внимания к отечественным публикациям, но не принимая в расчет данные международного научного цитирования, поскольку экстенсивная международная публикационная активность российских ученых приходится только на современный период. Несмотря на то, что в течение десятилетий процент публикаций за авторством женщин во всех научных областях неуклонно увеличивался, основные тенденции и специфика зависимости от научного направления сохранились. Данные российских научных журналов сравнивались с данными из других стран, где ситуация оказалась схожей. Таким образом, в целом слабая представленность женщин в академической науке в России не уникальна, а позитивные изменения происходят в русле глобальных изменений.</p> Olga Krasnyak ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 617 628 10.17323/727-0634-2017-15-4-617-628 Отцовство в российской провинции: теоретический и эмпирический анализ https://jsps.hse.ru/article/view/7329 <p><em><strong>Александра Липасова</strong></em> – аспирантка кафедры анализа социальных институтов<span style="text-decoration: underline;">,</span> департамент социологии, Национальный исследовательский университет Высшая школа экономики, Москва, Россия. Электронная почта: <em>alexandra.lipasova@gmail.com</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-629-642</p> <p>В статье рассматриваются гендерные контракты и модели отцовства в семьях, живущих в малых российских городах. Автор начинает с определения и характеристики социальных групп, к которым принадлежат респонденты: «потенциальный средний класс» и «рабочие». Далее приводятся два теоретических объяснения «гендерного дисбаланса» внутрисемейных договоров: экономическая/переговорная перспектива и гендерная перспектива. На основе анализа глубинных интервью, проведенных с отцами и матерями в малых российских городах, делается вывод о том, что отцовские практики в семьях носят ситуативный характер, определяемый их габитусом в терминах Пьера Бурдье. Многие отцы придерживаются «низких стандартов отцовства». Менее обеспеченные семьи в провинции оценивают шансы своих детей на восходящую социальную мобильность как невысокие, поэтому используют такие образовательные стратегии, как «естественное взросление». Гендерные семейные контракты отличаются сильным дисбалансом: во многих семьях уход за детьми и их воспитание по-прежнему считается женской обязанностью. Даже отцы, отнесенные к группе «вовлеченных», демонстрируют ригидные взгляды на предпочтительную жизненную траекторию своих дочерей. Автор приходит к выводу, что степень вовлеченности отца в воспитание детей является результатом практики переговоров между партнерами, в процессе которой формируется ответственность членов семьи по отношению друг к другу и появляется понимание собственных обязательств, которые не задаются изначально как имманентные для статуса отца или матери. Отсутствие практики переговоров усиливает традиционную гендерную идеологию и закрепляет гендерное неравенство, помещая работу по дому и родительство в зону ответственности матерей.</p> Alexandra Lipasova ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 629 642 10.17323/727-0634-2017-15-4-629-642 Забота о благополучии подданных в ранних государствах https://jsps.hse.ru/article/view/7330 <p><em><strong>Сергей Анатольевич Давыдов</strong></em> – д. с. н., доцент, профессор кафедры социологии и психологии Санкт-Петербургского государственного экономического университета. Санкт-Петербург, Россия. Электронная почта:<em> licurg@inbox.ru</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-643-650</p> <p>В настоящее время концептуализация понятия социальной политики продолжается. Это дает основания допустить, что оно может освободиться от референций к только индустриальному обществу, которые приписываются сегодня большинством специалистов. Такое допущение имеет эмпирические подтверждения. Известно, что во многих государствах Древнего мира осуществлялись мероприятия, направленные на поддержание приемлемого уровня благополучия, социальной защищенности и общественной солидарности. Они были регулярными, инкорпорированными в формальные институты и имели прочную культурную легитимацию. Древние государства не являлись социальными государствами в строгом смысле этого слова. Но имеются основания полагать, что формирование институциальных практик социальной политики началось задолго до наступления индустриальной эпохи. Так, черты систематического регулирования социальной сферы можно усмотреть в царском праве и в законодательных актах ранних государств. И это не случайно: обладая решающей ролью в формировании механизмов социальной солидарности, правители могли проще объяснять происходящее, формировать нужные им представления, интересы и модели действий – и тем утверждать свою власть над подданными. А это дает основания полагать, что уже на самых ранних этапах развития цивилизации социальная регуляция являлась ключевой функцией государства.</p> Сергей Анатольевич Давыдов ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 643 650 10.17323/727-0634-2017-15-4-643-650 Равенство и справедливость в отношении здоровья: к поиску аналитических инструментов оценки https://jsps.hse.ru/article/view/7331 <p><em><strong>Лайсан Музиповна Мухарямова</strong></em> – д.полит.н, профессор, заведующая кафедрой истории, философии и социологии, Казанский государственный медицинский университет. Казань, Россия. Электронная почта:<em> l.mukharyamova@yandex.ru</em></p> <p><em><strong>Ирина Борисовна Кузнецова</strong></em>– к. с.н., доцент, cтарший научный сотрудник, Школа географии, Земли и наук об окружающей среде, Университет Бирмингема, Бирмингем, Соединенное королевство, доцент кафедры истории, философии и социологии, Казанский государственный медицинский университет. Электронная почта:<em> i.kuznetsova@bham.ac.uk</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-651-659</p> <p>Статья представляет собой обзор современных западных подходов к пониманию справедливости в отношении здоровья, обозначая основные дискуссионные моменты. Вслед за Уиллом Кимликой в академических дискуссиях о справедливости выделяются проблемы ответственности и равенства. Вопросы о соотношении между индивидуальной ответственностью и социальными факторами являются фундаментальными для всех современных теорий справедливости в отношении здоровья. Равенство может пониматься как экономическое равенство, как равенство возможностей или как равенство в свободе. Согласно ученым, объясняющим состояние здоровья через призму индивидуальной ответственности, получение неравных медицинских услуг справедливо, если это неравенство является результатом личного выбора и собственных действий. Вместе с тем зависимость количества и качества медицинских услуг от ответственности людей за свое здоровье увеличивает риски для тех, кто уже находится в наихудшем положении. Другая группа ученых анализирует социальные детерминанты здоровья, включающие в себя обстоятельства повседневной жизни, доступность удовлетворения материальных потребностей, окружающую среду, а также социальные, экономические и политические условия, социальные и культурные нормы. Детерминанты формируются вследствие политики и под воздействием распределения финансов, власти и других ресурсов на глобальном, национальном и местном уровне, выступают главными причинами несправедливости. При этом если социальная справедливость понимается как наличие возможностей (в случае с здравоохранением – равный доступ к здоровью), то здоровье тождественно справедливости. Обеспечение справедливости в отношении здоровья является социально-экономической, политической и этической проблемой, решение которой возможно только в таком междисциплинарном поле. Признание на международном уровне социальных факторов здоровья и необходимости преодоления неравенства в отношении доступа к здравоохранению, актуализируют исследование влияния социально-экономических детерминант на индивидуальное поведение людей.</p> Лайсан Музиповна Мухарямова Ирина Борисовна Кузнецова ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 651 659 10.17323/727-0634-2017-15-4-651-659 Это не просто бизнес: социальная составляющая российского краудфандинга https://jsps.hse.ru/article/view/7332 <p><em><strong>Александра Николаевна Латышева</strong></em> – aспирант, Институт общественных наук, Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ (РАНХиГС); продюсер, АО «Первый канал. Всемирная сеть» (Первый Digital), Москва, Россия. Электронная почта: <em>sasha.latysheva@yandex.ru</em></p> <p>DOI: 10.17323/727-0634-2017-15-4-660-668</p> <p>Рассматривая историю появления термина «краудфандинг», я анализирую основные теоретические подходы к определению краудфандинга. Во-первых, как бизнес-инструмента для сбора средств на «стартапы». Во-вторых, как элемента альтернативной экономики, когда крауд-спонсоры организуют сообщество вокруг своей площадки, чтобы произвести нужный продукт или услугу. В-третьих, в контексте социокультурного значения этого явления. Как отмечают многие российские исследователи, большинство крауд-спонсоров имеют нематериальную мотивацию, которая игнорируется при изучении краудфандинга исключительно как инструмента для товарно-денежного обмена. Я предлагаю определение краудфандинга, аккумулирующее разные точки зрения, и характеризую ведущие зарубежные краудфандинговые платформы (Kickstarter и IndieGoGo), перечисляю специализированные площадки, разбираю особенности крупнейших российских краудфандинговых платформ (Planeta.ru и Boomstarter). В качестве примера специализированной российской площадки предлагаю рассмотреть проект Sbor-nik, занимающийся сбором средств для издания книг. Для каждой из платформ привожу данные по количеству запущенных проектов, активных пользователей и собранных средств. Отдельно уделяется внимание нематериальной мотивации пользователей: привожу примеры социальных и благотворительных проектов, размещенных на перечисленных выше площадках, а также ситуации, когда пользователи отказывались от вознаграждений или выбирали нематериальные формы вознаграждений (благодарность, упоминание в числе спонсоров). Особо акцентирую внимание на социокультурных особенностях предпочтений спонсоров. Анализирую особенности требований площадок, их самопозиционирования и проектов, размещаемых на них. Сделана попытка ответить на вопросы, что такое краудфандинг как общественное и культурное явление и в чем заключаются его особенности в России. Это явление можно рассматривать как средство, которое выбирают пользователи, чтобы компенсировать недостатки государственной социальной и культурной политики.</p> Александра Николаевна Латышева ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 660 668 10.17323/727-0634-2017-15-4-660-668 От национализма к войне или от войны к национализму? https://jsps.hse.ru/article/view/7333 <p><em><strong>Максим Алюков</strong></em> – исследователь, Лаборатория публичной социологии (Центр независимых социологических исследований); докторант, факультет политических науки и социологии, Европейский университет в Санкт-Пет<em></em>ербурге, Россия. Электронная почта: <em>malyukov@eu.spb.ru</em></p> Максим Алюков ##submission.copyrightStatement## 2017-12-23 2017-12-23 15 4 669 674