Стратегии маломобильных групп в пандемию COVID‑19: параметры доверия и солидарности - Ярская-СмирноваВалентина; Ручин, Алексей (The Journal of Social Policy Studies, 2022)
В статье рассмотрены стратегии маломобильного населения в период пандемии. Развивая накопленный опыт исследований устойчивости уязвимых групп и используя данные опроса маломобильного населения трех российских городов, представлена новая авторская типология стратегий поведения маломобильных групп в зависимости от изменения солидарности и доверия как реакции на пандемию COVID‑19: «стратегия консенсуса», «прогосударственная стратегия», «просоциальная стратегия» и «стратегия автономии». Классификация стратегий поведения по солидарности и доверию образно представляет социальные портреты выделенных кластеров. Явными антагонистами, не только в исходных параметрах, но и связанных с ними паттернах поведения, являются «стратегия консенсуса», основанная на высоком уровне солидарности и доверия, и «стратегия автономии», в основе которой – отсутствие и солидарности, и доверия. Среди маломобильного населения преобладает более успешная с точки зрения уязвимости и способности быстро восстанавливаться в период эпидемий и катастроф «стратегия консенсуса». Преобладание данной стратегии характерно для всех анализируемых маломобильных групп: людей пожилого возраста, испытывающих сложности с передвижением, родителей малолетних детей, но особенно – для людей с ограниченными возможностями здоровья, что связано с повседневным «закаливанием» трудностями, ограничениями и барьерами, которые они испытывают и преодолевают, в результате формируя наиболее успешные с точки зрения устойчивости к различного рода невзгодам паттерны поведения. Представители «стратегии консенсуса» чаще других выступают сторонниками вакцинации, соблюдения введенных ограничений и принятых государством мер и, хотя чаще других болели COVID‑19, переносили его легкой форме. «Стратегия автономии» распространена значительно реже и связана с отрицанием введенных мер и необходимости сбережения своего здоровья, даже несмотря на опыт болезни COVID‑19 в тяжелой форме, которая, к сожалению, наиболее часто встречается среди ковид-диссидентов из числа маломобильного населения.